20:13 

Сумерки: "Дар Карлайла"

Слово — не воробей. Всё не воробей, кроме воробья.
Фандом: Сумерки
Название: "Дар Карлайла"
Пейринг: Карлайл/Белла
Рейтинг: PG-13
Жанр: Romance, Drama
Размер: миди
Статус: закончен
Отказ: все права у правообладателей
Предупреждения: смерть второстепенных персонажей

Саммари: Карлайл всегда считал, что его дар - понимание и сострадание. Но оказалось, что это не всё...
Время: вторая книга.


Пролог



* * *
Карлайл был единственным, кто остался невозмутимым. Столетия опыта в отделении скорой помощи явственно прозвучали в его тихом, властном голосе.
— Эмметт, Роз, выведите Джаспера наружу.
На этот раз не улыбаясь, Эмметт кивнул.
— Пошли, Джаспер.
Джаспер боролся с нерушимой хваткой Эмметта, изворачиваясь, приближаясь к брату оскалив зубы, он все еще не пришел в себя.
Лицо Эдварда было белее кости, пока он кружился, пригибаясь надо мной, занимая оборонительную позицию. Низкое предостерегающее рычание выскальзывало из его сжатых зубов. Я знала, что он не дышал.


Что вечеринке конец, Карлайл понял сразу: запах свежей человеческой крови ударил по обонянию неожиданно резко даже для него.
— Эмметт, Роз, выведите Джаспера наружу, - приказал он спокойным, уверенным голосом.
Убедившись, что критический момент миновал, и ничьей жизни больше не угрожает опасность, он проводил взглядом расстроенную Эсми и бегло оценил состояние Эдварда, кружившего над Беллой. Парень был явно не в себе и никого не собирался подпускать к ней. Но девушка сильно пострадала и уже почти потеряла сознание - нужно было остановить кровь, чтобы не спровоцировать ещё большую опасность. Карлайл сделал шаг вперёд и на долю секунды остановил взгляд на яростно оскаленном лице Эдварда. Раздумывая, как быстрее заставить его успокоиться, он вдруг с удивлением ощутил, что тело напрягается, словно перед дракой. За столетия цивилизованной жизни старший Каллен давно обуздал этот инстинкт хищника, свойственный новообращённым - взять своё силой. Но в это мгновение речь шла не о жажде, а скорее о соперничестве. Карлайл сделал ещё шаг, и наваждение рассеялось.
— Позволь мне, Эдвард, — тихо проговорил он.

* * *
"Привет, Элис...
Если бы ты могла прочитать мои письма - то поняла бы, что ничего не меняется.
День за днём одни и те же уроки, один и тот же путь дом-школа-работа, одни и те же сумерки...
Его нет. Никого нет. И мне кажется, что меня тоже уже нет. Только туман и бесконечный дождь.
Я скучаю по тебе, по Эсми, Джасперу, Карлайлу... По Карлайлу особенно - думаю, он смог бы меня понять. Он слишком долго был один, чтобы пожелать одиночества кому-то ещё.
Не знаю как долго смогу продержаться. Всё потеряло смысл, даже ожидание. Кошмары мучают меня каждую ночь. Я просыпаюсь с криком, и иногда слышу как Чарли меряет шагами комнату, разрываясь между желанием помочь и невозможностью что-то изменить. Каждую ночь мне снится, что Он возвращается ко мне. Всё так реально! Его голос, запах, янтарные глаза, мраморная кожа - всё это преследует меня наяву и во сне. Он говорит, что совершил ошибку, и что он обязательно вернётся ко мне. Я верю, отвечаю ему, что очень жду, но как только я приближаюсь - он исчезает, а я остаюсь в темноте.
Элис, я не продержусь долго. Пробуждение стало для меня проклятием. Прости, если разочарую тебя. Сил больше нет...
Я знаю, что ты никогда не увидишь этого письма, поэтому могу писать открыто. Помоги мне, Элис. Помоги, пожалуйста..."


Глава 1: Воспоминания

Уже два месяца, с самого отъезда из Форкса, Карлайл и Эсми жили с кланом Денали. Эммет с Розали переехали на остров Эсми, Элис с Джаспером путешествовали, а где находился Эдвард - не знал никто, кроме Элис, которая, естественно, молчала. Семья распадалась.
Карлайл работал хирургом в местной клинике и сутками пропадал в отделении. Эсми же, напротив, много времени проводила дома с новой семьёй, компенсируя этим беспокойство и необходимость о ком-то заботиться. Вечерами они негромко разговаривали, уютно усевшись в небольшом, но достаточно широком кресле на веранде за домом. В такие минуты остальные члены клана старались не беспокоить их, давая возможность побыть наедине и сделать вид, что ничего не изменилось.

— Каждую ночь я мечтаю, чтобы Эдвард вернулся к Белле, - признался Карлайл Эсми в один из особенно пасмурных вечеров. - Тогда мы могли бы всё вернуть на свои места.
Эсми вздохнула, пригладила светлые волосы и спокойно произнесла:
— Сейчас он ещё не готов. Ты же видел их - покоя не будет. Он только что понял, что в мире есть что-то сильнее его. И это ему показал человек. Ему нужно время, чтобы разобраться. Все через это проходят. И даже если не в этот раз, то всё равно, рано или поздно он встретит новую "Беллу". Когда он поймёт - он вернётся, — Эсми обняла задумавшегося вампира, свернулась калачиком у него на груди и замурлыкала нежную умиротворяющую мелодию, похожую на колыбельную.

Но сегодняшнюю ночь Карлайл проводил один. Эсми охотилась с Таней, впервые доверив кому-то из Денали сопровождать её так далеко от дома. В этом вопросе она всегда очень придирчиво выбирала партнёров, не желая проявлять свои инстинкты перед чужаками. "Я люблю обедать в хорошей компании!" - говорила она и задорно щурилась. Карлайл ни разу не пожалел, что выбрал своей парой именно Эсми: спокойную, чуткую и заботливую. Но сегодня он думал о другом. Оставшись один, он хотел потратить свободное время, чтобы проанализировать сложившуюся ситуацию, её причины и возможные последствия. Откровенно говоря, он не то чтобы тосковал, но безразличия явно прибавилось. Вот и сегодня, сидя в удобном плетёном кресле-качалке и глядя в беззвёздное небо, старший Каллен пытался вспомнить - когда в последний раз он был тронут, смущён или растерян. Понимание и сострадание, многократно усилившиеся в нём во время перерождения, помогли ему стать прекрасным врачом и помогать людям, вместо того, чтобы уничтожать их. Он создал клан, следующий его принципам, и благодаря этому изменил привычное место вампиров в этом мире, отдалив их на небольшой шаг от ада. Он был невосприимчив к соблазнам, последователен и целеустремлён в своих дейстиях - но ни одно из этих, несомненно - положительных и полезных, качеств не помогало верить, что у него есть человеческая душа.

Он вспоминал свои чувства: презрение к себе вначале, решимость потом, любопытство - когда он начал путешествовать, значимость - когда он сошёлся с Вольтури, и острое одиночество - когда он понял, что с ними ему не по пути. Потом - сомнения перед обращением Эдварда, умиротворение от спасения Эсми, планы на будущее для сына, связанные с Розали... Карлайл вдруг понял, что с того самого момента, как он почувствовал себя снова в семье, в нём жил затаённый страх. Взяв на себя ответственность за других он в глубине души понимал, что вечно это продолжаться не может, и то, что было однажды построено, рано или поздно будет разрушено. И сейчас, не смотря на то, что клан разделился, Карлайл продолжал ощущать беспокойство за каждого из своих детей, где бы они ни находились. Это не давало ему начать жить опираясь на собственные чувства и желания. Вампир вздохнул, закрыл глаза и позволил мыслям течь свободно и бесконтрольно.

Причины и последствия... Перед мысленным взором появилось лицо Эдварда. Карлайл с самого начала был против его отъезда. Он понимал, что приёмный сын ещё слишком неопытен, чтобы принять хорошо обдуманное решение, и действует под влиянием неуверенности и импульса. Но отчасти Карлайл завидовал. Когда он сам делал что-то, полагаясь только на чувства? Когда он испытывал такие эмоции, которые требовали бы немедленного действия? Ему вспомнился вечер, с которого всё началось - праздник в честь 18-летия Изабеллы Свон. И то, чем он закончился...

...— Позволь мне, Эдвард, — тихо проговорил я.

Прошла секунда, и затем Эдвард кивнул, медленно расслабляясь. Я встал на колени около Беллы, близко наклоняясь, чтобы осмотреть пострадавшую руку. Несколько глубоких порезов проходили поперёк плеча, но перелома не было.

— Держи, Карлайл, — сказала Элис, протягивая мне полотенце. Я покачал головой: — Слишком много стекла в ране.
— Белла, — я старался, чтобы вопрос прозвучал как можно более мягко, — Хочешь, чтобы я отвез тебя в больницу, или лучше позаботиться об этом здесь?
— Здесь, пожалуйста, — прошептала она, — Если ты отвезёшь меня в больницу, то это никак не скроешь от Чарли.

Лицо Эдварда было как камень. Почему-то очень хотелось его выпроводить, но Элис была здесь, и моя черная сумка с медикаментами уже лежала на столе. Эдвард бережно усадил Беллу на стул. Я выдвинул другой и сразу погрузился в работу.
Эдвард стоял над Беллой, все еще защищая, и все еще не дышал.

— Просто уходи, Эдвард, — вдруг вздохнула девушка. Я был благодарен ей за неожиданную проницательность.
— Я смогу это вынести, — настаивал Эдвард. Но его глаза горели - с такой жаждой он боролся, до такой степени ему было сложнее, чем остальным.
— Тебе не надо быть героем, — сказала ему Белла, мельком взглянув на меня. — Карлайл может всё сделать и без твоей помощи. Подыши свежим воздухом.

Я решил вмешаться.

— Эдвард, с таким же успехом ты можешь пойти и найти Джаспера, пока он не ушел далеко. Я уверен, он расстроен из-за произошедшего, и я сомневаюсь, что он послушает сейчас кого-нибудь кроме тебя.
— Лучше сделай что-нибудь полезное, — к моему удивлению, добавила Элис.

Глаза Эдварда сузились, когда мы на него набросились, но, в конце концов, он кивнул и беспрекословно удалился через кухонную дверь. Я был уверен, что он не сделал ни одного вздоха с того момента, как Белла порезала палец. Теперь мне стало очевидно, на сколько для неё реальна исходящая от него опасность.
Элис тоже сдалась и начала прокрадываться к выходу из комнаты. Внезапно она замерла на мгновение, внимательно посмотрела мне в глаза, а через секунду с крошечной извиняющейся улыбкой на губах, исчезла сквозь дверной проем кухни.
Отложив вопрос о том, что скрывает Элис, я пересадил Беллу на стол и занялся раной. Обезболивающее уже подействовало, и девушка сидела спокойно и слегка отрешённо. Вынимая пинцетом осколки, я почти не чувствовал жажды и ощущал странное умиротворение. Кроме звука нашего дыхания в комнате был слышен лишь мягкий звон, когда крохотные кусочки стекла падали один за другим на стол.

— Это не твоя вина, — сказал я, чуть улыбнувшись непривычному тёплому чувству внутри. — Это могло произойти с каждым.
— Могло, — повторила она напряжённо. — Но обычно происходит только со мной.

Я всё-таки рассмеялся.
После минутного молчания, нарушаемого только позвякиванием стекла, она задала вопрос, над которым, видимо, размышляла всё это время:

— Как ты можешь это выносить? Если даже Элис и Эсми…
— Годы и годы практики, — ответил я с усмешкой. — Теперь я всего лишь замечаю аромат, ничего более.
— А ты никогда не думал… поддаться искушению?
Я посмотрел ей в глаза.
— Нет. Я наслаждаюсь, когда мои… возросшие способности позволяют мне спасать кого-то, кто иначе был бы потерян. Приятно знать, что благодаря им я могу сделать жизни некоторых людей лучше. Но в начале пути, оставаясь ночами в больнице, я иногда допускал слабость. Я останавливался возле безнадёжных пациентов и представлял, как перестаю себя контролировать. Представлял, что поддаюсь жажде, и всегда в такие моменты мои ощущения были ... очень реальны, не смотря на то, что никогда я не делал этого с человеком наяву. Все, рядом с кем я позволял себе это, умирали в течение нескольких дней. И хотя я знал, что у них не было шансов, мне всё равно казалось, что из-за моей слабости и несдержанности их смерть наступила раньше, чем могла бы. Чтобы не быть монстрами, Белла, мы не должны причинять людям вред даже в мыслях.

Она отвлеклась, обдумывая мой рассказ. Я видел, что обморок отступил, и теперь в её нерешительных взглядах читалось понимание и любопытство.

— Так вот почему Эдвард так переживает из-за жажды ко мне. Он считает, что даже само её существование способно причинить мне вред? Но это же бред какой-то, он же только читает мысли, а не передаёт их. И со мной всё в порядке!

Я усмехнулся, взглядом показав на её руку. Белла нахмурилась.

— Это не имеет отношения к мыслям. Только к моей чудовищной неуклюжести.

Вздохнув, я вытащил последний самый мелкий осколок и промакнул чистую рану влажным бинтом. Конечно, она думала об Эдварде, примеряя на него всё, что я рассказал. Я достал иголку и нитки, и Белла отвела взгляд от инструментов, чтобы избежать новых приступов обморока. Теперь она смотрела прямо на меня. Я вернул ей такой же внимательный взгляд и улыбнулся. Зрение вампира позволяло разглядеть за эти несколько мгновений гораздо больше, чем зрение человека, и я поразился яркости и нежности карих глаз, отметив про себя, насколько органично смотрится её бледное лицо в сочетании с тёмными волосами и почти чёрными ресницами. Внезапно мелькнула безумная мысль, что она могла бы стать необыкновенно красивым вампиром. Я отогнал странную идею, даже не успев удивиться, отвёл взгляд и взял иглу. Чтобы зафиксировать повреждённую руку, пришлось положить её кисть себе на талию.



— Карлайл, — вдруг спросила Белла, — а почему ты обратил именно Эсми? Ей ведь не хотелось жить после смерти сына…

Я помедлил, обдумывая, как лучше ответить на столь неожиданный вопрос.

— Понимаешь, Белла... Эсми – это мой подарок судьбы. Конечно, всё могло случиться иначе. Она могла возненавидеть меня или просто уйти. Но Эсми слишком добра и внимательна – мне повезло. Я дал ей новую семью, детей, о которых можно заботиться, и которые всегда будут рядом с ней. А она подарила мне тепло и надежду. Единственное, о чём она жалеет – что я не успел обратить её мужа. Он умер от испанки за несколько месяцев до рождения их сына. С тех пор Эсми так и не встретила того, кто заставил бы её испытать любовь…

— Так, значит, вы не…? О, прости, я задаю слишком много вопросов.

Я сделал вид, что не заметил её попытку скрыть смущение, и спокойно ответил:

— Нет. Мы с Эсми – партнёры. Своего рода гарант нормальной жизни. Поддержка, на которую всегда можно рассчитывать, и опора для всей семьи, что бы ни произошло. Каждому из нас это необходимо. Уверен, ты и сама уже ощутила, какую большую роль играет присутствие Эсми.

Она задумчиво кивнула и больше ничего не спрашивала. Я уже начал зашивать второй порез, когда вдруг понял, что что-то мешает мне сконцентрироваться. Я продолжил работу с удвоенным вниманием и одновременно стал аккуратно оценивать, что же было не так. И понял, что, сосредоточившись на деле, не заметил, как пальчики Беллы, лежавшие на моей талии, начали поглаживать кожу через тонкую ткань рубашки. Ощущения были настолько лёгкими и ненавязчивыми, что даже я не сразу обратил на них внимание, а обычный человек, наверное, и вовсе их не почувствовал бы. Не прекращая обрабатывать рану, я мельком взглянул на девушку – она сидела задумчиво и отрешённо, блуждая взглядом где-то за окном и, видимо, не осознавая своих действий. "Бывает. У людей," – подумал я, но с каждым прикосновением отключиться от новых ощущений становилось всё труднее.

Внезапно движения прекратились, а ещё через мгновение теплая ладошка полностью легла на мою талию, как бы слегка подталкивая вперёд. О чём она думала в этот момент, я не знал, но необычность ситуации, запах свежей крови и внезапно разошедшееся воображение сыграли злую шутку. Я вдруг представил себя на месте Эдварда: если бы это я встречал её после школы, если бы я проводил в её постели каждую ночь, если бы я целовал её тёплые, отзывчивые губы… То, как на эти мысли среагировало тело, чуть не заставило меня отпрыгнуть от неё на другой конец кухни. Тогда, впервые за всю жизнь вампира, я действительно растерялся. Во мне словно бы проснулся хищник, которого я игнорировал на протяжении всего времени своего существования, причём проснулся он бодрым, отдохнувшим и очень голодным. Но этот голод не был жаждой крови, которую я привык контролировать, а скорее чем-то сродни инстинкту продолжения рода или защиты своей территории. Если бы в это мгновение какой-то другой вампир оказался в поле зрения рядом с ней, я разорвал бы его раньше, чем успел узнать.

Сделав вид, что осматриваю наложенные швы, я наклонил голову, чтобы ничем себя не выдать. Но, видимо, Белла всё-же почувствовала, как напряглись мышцы, и теперь, вынырнув из раздумий, смотрела прямо на меня. Лицо её было озадаченным.

— Карлайл? Всё в порядке? – спросила она с тревогой.

Я поднял глаза. И по тому, как расширились её зрачки понял, что что-то не так. И тут, разглядев своё отражение в её глазах, я понял, что её напугало. Радужка в моих глазах была почти чёрной, а по её представлениям причина этому могла быть только одна...



— Карлайл? – неверящим голосом повторила она. – Нет, нет только не ты…

Одним невероятным усилием я взял себя в руки и увидел в отражении, как глаза вернули нормальный золотистый цвет. Мой ответ прозвучал на удивление спокойно:

— Всё в порядке, Белла. Я просто… задумался.
— О том, что будет, если меня съесть? – с робкой улыбкой спросила она, вспомнив наш разговор. Её глаза, завороженные, но не испуганные, смотрели прямо на меня.

Я медленно улыбнулся и наклонился ближе к ней.

— Нет. Я думал о том, что за все 362 года своей жизни – ни до того как я стал тем, кем являюсь сейчас, ни после – я не целовал живую девушку.

Зверь внутри с удовольствием наблюдал, как на лице Беллы отражается сначала непонимание, а потом недоверие. Справившись с первым, она остановилась на втором.

— Не может быть. Неужели ты ни разу… ?
— Только после обращения, только вампиры, - увидев, как недоверие на её лице усиливается, я рассмеялся. - Белла, мне было всего 23, мой отец был священником, я жил в 17-ом веке! Тут нечему так удивляться!

Мы рассмеялись, на этот раз вместе, и я был рад, что обстановка наконец-то разрядилась. Зверь внутри довольно заурчал и, как я надеялся, снова уснул. С ним ещё предстояло хорошенько разобраться. Надо будет поговорить с Эсми.
Через несколько минут рана была окончательно обработана, повязка наложена, а указания по уходу тщательно повторены два раза.

— Думаю, теперь я должен отвести тебя домой, - всё ещё улыбаясь, предложил я.
— Я отвезу, — сказал Эдвард. Мы мгновенно посерьёзнели. Он вошел через темную столовую, двигаясь слишком медленно. Его лицо было спокойно, по нему ничего нельзя было прочесть, но было что-то не так с его глазами — кое-что, что ему было сложно скрыть.
— Карлайл может меня отвезти, — сказала Белла. Я внимательно посмотрел на неё. Странное ощущение, что я всё ещё не должен её отпускать, так полностью и не рассеялось. Возможно ли, чтобы она чувствовала нечто похожее?

Голос Эдварда, когда он обратился к Белле, был бесстрастен:

— Я в порядке. Тебе все же нужно переодеться. У Чарли будет сердечный приступ от твоего вида. Я попрошу Эллис дать тебе что-нибудь.

Он снова вышел в кухонную дверь. Девушка посмотрела на меня.

— Он очень расстроен.
— Да, — согласился я. — Сегодня вечером произошло то, чего он больше всего боялся. Ты подвергаешься опасности, из-за нашей сущности.
— Это не его вина.
— Также как и не твоя.

Она недоверчиво покачала головой. Я предложил ей руку и помог слезть со стола. Мы как раз прошли в гостинную, когда вернулась Эсми - она вытирала пол там, где осталась кровь. Чувствовался отчетливый запах отбеливателя.

— Эсми, позволь мне убрать, — умоляюще попросила Белла.
— Я уже все сделала, — улыбнулась Эсми. — Как ты себя чувствуешь?
— Все хорошо, — уверенно ответила девушка. — Карлайл зашивает быстрее, чем любой другой доктор, у которого я была!

Мы с Эсми рассмеялись...


Да, в тот раз он действительно поддался эмоциям. Причём таким, о существовании у себя которых раньше даже не подозревал. И воспоминания заставили его пережить их снова. Карлайл открыл глаза и посмотрел в ночное небо: тучи слегка разошлись и поднявшийся месяц заливал голубоватым светом его мраморную кожу и золотистые волосы. Если бы Эсми была сегодня рядом, если бы она захотела сейчас полюбоваться блеском его глаз в лунном свете - она бы, пожалуй, удивилась, насколько непривычно тёмными они были. Белла, Белла... Карлайл так и не решился тогда копаться в себе, выясняя, что же произошло, но мимолётные прикосновения тёплых пальцев, их нежность и нерешительность отпечатались в памяти с неожиданной яркостью. И каждый раз, когда он вспоминал о том вечере, воображение так и норовило пойти дальше реальных событий. Не желая возвращаться в прошлое, Карлайл снова закрыл глаза и постарался представить себе что-нибудь приятное из того, чего никогда не было, но если бы он мог делать всё, что считал нужным - обязательно бы произошло...

...Он стоял на крыше особняка Калленов в Форксе...

Глава 2: Мечты

* * *
"Элис!
Я снова пишу тебе, потому что больше мне не с кем поделиться тем, что со мной происходит.
Это невероятно! Я в растерянности, ничего не понимаю... Боюсь верить самой себе...
Этой ночью я снова оказалась в своём обычном кошмаре: Эдвард просил прощения, я умоляла его вернуться - но неожиданно всё пошло не по сценарию. Я вдруг увидела себя на крыше вашего дома, здесь, в Форксе. Эдварда нигде не было, но у самого края спиной ко мне стоял Карлайл. То, что произошло дальше, я не могу назвать иначе как бредом моего отчаявшегося воображения. Он сказал, что я не должна сдаваться. Что он не может больше оставаться в стороне. И что, если Эдвард не вернётся, он сам придёт за мной. Наверно, я всё-таки сошла с ума, но лучше уж жить снами, чем медленно умирать наяву.
Я не хочу оставаться одна, Элис. Не хочу..."


Декорации сна изменились в одно мгновение. Теперь я была на крыше особняка Калленов. С ночного неба ярко светила полная луна, золотыми бликами запутываясь в волосах человека, стоявшего спиной ко мне у самого края. Почти человека. Не узнать его было невозможно.
— Здравствуй, Белла. Рад тебя видеть, - сказал, оборачиваясь, Карлайл.
От его доброжелательной ласковой улыбки защемило сердце - всё было точно как наяву. Я растерялась, не знала, что ответить. Боялась, что стоит мне пошевелиться или вдохнуть, и я снова окажусь одна в темноте.
— Я знаю, сейчас тебе очень больно, - помолчав продолжил Карлайл - Но это пройдёт. Поверь мне.
— Но... Как?... Почему ты... - я не могла подобрать слов. - Карлайл, прошло столько времени... Почему теперь?
— Я устал от неведения. И от бездействия, - добавил он тихо.
Я старалась справиться с обжигающей болью в груди.
— Ты и так уже сделал слишком много. Мне очень жаль, что вам пришлось... столько пережить из-за меня, - прошептала я, и на глаза навернулись слёзы.
Он смотрел на меня, слегка склонив голову. Во взгляде его спокойных янтарных глаз причудливо переплетались мягкость и уверенность.
— Запомни кое-что, Белла. Если Эдвард не вернётся - я не оставлю тебя одну. Обещаю.
Мир вокруг потемнел. И впервые с той ночи, когда Сэм нашёл меня в лесу, вместе с темнотой пришла не ставшая уже привычной бескрайняя ледяная тоска, но совершенно новое чувство необычайного покоя и защищённости.

...Проснувшись на следующее утро, я долго лежала в кровати глядя в окно - перебирая в уме видения уходящего сна и ощущая, как сквозь глухой кокон безразличия и отчаяния, которым я окружила себя за последние два месяца, пробивается робкий солнечный лучик, имя которому - Карлайл.

* * *
Прошло уже больше трёх недель, и каждую ночь кроме обычных кошмаров мне снова снился Карлайл. Постепенно кошмары совсем отступили, и остался только он. От некоторых снов оставались лишь туманные обрывки, а некоторые отпечатывались в памяти необычайно ярко и чётко, но каждый из них приносил мне немного тепла и надежды. Постепенно я начала общаться с друзьями, которые, хоть и с трудом, не сразу, но приняли меня обратно в компанию. Тревога во взгляде Чарли сменилась осторожностью и радостью, что его дочь снова начала общаться с кем-то, кроме своих мыслей. Он не мог даже предполагать, что именно в мыслях я проживала жизнь, ставшую для меня более настоящей, чем всё, что происходило вокруг. Каждую ночь, ложась спать, я боялась, что кошмары вернутся, а Карлайл - нет. Но утро за утром открывая глаза, я с радостью вспоминала его прикосновения и прощальный взгляд серьёзных золотистых глаз. Моё воображение оказывалось на редкость изобретательным...

* * *
Обещание, данное им вчера выдуманной Белле, не шло у Карлайла из головы. Эсми ещё не вернулась, и эту ночь он проводил в библиотеке. Клан Денали в течение многих веков собирал книги, которые в ту или иную эпоху представляли особую ценность для вампиров, так что тут было на что обратить внимание.
Потратив несколько часов на просмотр фолиантов, Карлайл нашёл кое-что, заставившее его глубоко задуматься. Обрывочные сведения, древние легенды, предположения исследователей из числа вампиров... Информации было мало, достоверной - ещё меньше, но мозайка постепенно складывалась:
"...Вампирам, отказывающимся от человеческой крови, легче себя контролировать. Они сохраняют большую часть своей человеческой сущности. Чем чаще они испытывают какие-либо эмоции, тем меньше вероятность, что они их утратят."
"...Чем старше вампир, тем труднее разбудить в нём человеческие чувства. И тем сильнее они, разбуженные, будут похожи на голод. Если вампир достаточно долго проживёт на земле, все, кто хоть чем-то тронет его сердце - умрут."
"...Вампиры, как и люди, способны испытывать любовь, страсть, нежность. Но с течением веков все они заменяются единственным чувством собственности, а потом - останется только жажда... "

Карлайл зарылся пальцами в золотые волосы. Он был растерян и слегка испуган. Любовь?.. Он никогда не думал о чём-то подобном, и уж тем более не связывал это с человеком. Да, после обращения он иногда спал с вампиршами, а когда жил с Вольтури, у него даже была постоянная пара, как сейчас Эсми. Но - любовь?.. Карлайл снова вспомнил день рождения Беллы и своё странное желание отогнать от неё Эдварда, да и всех остальных тоже. Это всё объясняло. Теперь нужно было принять решение. Терять способность любить Карлайл не хотел. Верить, что его догадки верны - тоже. Он встал из-за стола, вернул книги на полки и быстро вышел на балкон. Свежий ночной воздух окутал его, и это помогло взять себя в руки. Нужно было как-то проверить свои предположения. Карлайл крепко сжал мраморные перила, закрыл глаза и представил свой дом.

Он сидел за роялем в гостинной особняка в Форксе. За окнами было темно, и шёл дождь. Лёгкая переливчатая мелодия рождалась из под его пальцев, помогая настроиться на то, что он собирался сделать. Карлайл обернулся на шорох и музыка смолкла. Белла стояла у подножья лестницы. Она выглядела именно такой, какой он хотел её увидеть: длинное белое платье с открытой спиной, роскошные волосы, небрежно рассыпанные по плечам, и ласковая улыбка, заставлявшая её глаза светиться.
— Ты чудесно играешь.
— А ты чудесно выглядишь, - усмехнулся он.
— А можно... Сыграй мне что-нибудь ещё? - попросила она и осторожно присела в кресло.
Карлайл повернулся к роялю.
— Это сочинила Эсми, колыбельная для её сына.
Он положил пальцы на клавиши. Новая мелодия была простой, спокойной и умиротворяющей. Она была пронизана шелестом деревьев за окном, журчанием лесного ручья и свежестью тёплого ветра. Когда отзвучали последние ноты, он снова взглянул на девушку. Она задумчиво накручивала локон на палец, глядя перед собой в никуда. Пора было начинать эксперимент.
— Белла, - позвал Карлайл, а когда она сфокусировалась на нём, продолжил: - Скажи, что ты думаешь обо мне?
— Что? - её серьёзные глаза смотрели озадачено.
— Как ты... чувствуешь себя рядом со мной? Ты боишься?
— Нет, - ответила она помедлив. - Ты самый сильный, верный и надёжный из всех, кого я знаю. Я не говорю, что ты не опасен, - добавила она после паузы, - любой вампир опасен для человека, но рядом с тобой я сама чувствую себя сильнее.
Белла слегка улыбнулась, и Карлайл решил идти до конца.
— А если бы тебе пришлось сейчас выбрать между мной и Эдвардом, кого бы ты предпочла? - спросил он и посмотрел ей в глаза.
— Тебя, - без колебаний ответила воображаемая Белла. - Эдвард отказался от меня. Предавший однажды - предаст снова. Ты... так не поступил бы.
Мы встретились взглядами и она испуганно охнула:
— Карлайл, что, опять?
Мир потемнел...


Карлайл из последних сил старался справиться с собой, понимая, что зря задал последний вопрос. Он не был готов услышать то, что услышал, даже в своём воображении. Желание пойти и прикончить Эдварда, Лорана, Викторию, Джеймса по второму разу, и всех остальных, кто когда-либо близко подходил к Белле, становилось невыносимым. Несколько минут ушло у него на то, чтобы восстановить возможность мыслить здраво. Карлайл разжал пальцы, оставившие трещины на мраморных перилах, и заставил себя вернуться в комнату. Упав в кресло он упёрся взглядом в большое зеркало, висевшее напротив. Он даже не удивился, когда на него вместо привычных янтарных глаз посмотрели абсолютно чёрные. Встретив где-нибудь вампира с такими глазами, он бы немедленно отправил его на охоту, но сам он совершенно не чувствовал голода. Карлайл отчётливо осознал, что проблема серьёзнее, чем он думал. Если бы они оставались в Форксе, а Белла оставалась бы с Эдвардом - он, вероятно, уже уничтожил бы свою семью.

* * *
Эсми вернулась с охоты сразу после заката. Они как обычно проводили ночь на веранде. Эсми отреагировала на рассказ Карлайла на удивление спокойно и собрано:
— Мы ведь все ещё живы, верно? Значит пока тебе не в чем себя винить. Если исходить из того, что ты рассказал - пока всё складывается к лучшему. Раз уж у тебя обнаружилось такое богатое воображение, используй его чтобы тренировать свои эмоции. А когда будешь готов - мы найдём Элис, узнаем планы Эдварда, и если он не передумает - сможем вернуться в Форкс, - Эсми ласково обняла Карлайла. - Не спеши. Любовь - это не только счастье или горе, это ещё и очень, очень много терпения.
Карлайл помолчал и кивнул, как бы соглашаясь больше с чем-то внутри себя, чем с её словами.
— Эс, почему у тебя никого не было после Джорджа?
— У меня никого не было и до, - тихо прошептала она.
Они долго сидели обнявшись, не замечая ни холодного ветра, ни мелкого моросящего дождя, и думали каждый о своём. Через пару часов Эсми молча отправилась в дом, а Карлайл решил последовать её совету - использовать своё воображение для тренировки. Каждую ночь после этого разговора он уделял время мыслям о Белле. Представлял, как они путешествуют по миру, как танцуют на балу у Вольтури во время ежегодного приёма, как вместе встречают рассвет на крыше особняка, как сидят в его комнате в кресле перед камином... И каждый раз думать о ней становилось легче, а навязчивое желание уничтожить любого, кто к ней прикоснётся, постепенно сменялось доверием к ней... и себе. Он представлял, как обнимает её, а она в ответ опускает голову ему на плечо...

Так продолжалось около трёх недель, пока не настало время Карлайла идти на охоту.
Он ушёл на закате, отказавшись от сопровождения. Сказал, что будет охотиться поблизости, а его излюбленная пища - сильные и быстрые олени - очень чутко реагирует на приближение опасности, так что лишние помехи ему не нужны. Карлайл любил ощущение погони. Оказавшись в отдалении от дома, он полностью отдался инстинктам. Прошло не более двух часов, когда он наконец-то учуял подходящую дичь. Едва видимой тенью он скользил между деревьев, обходя добычу с подветренной стороны и постепенно сужая круг. По мере приближения стада азарт и жажда усиливались, а разум плавился, оставляя в действии лишь сознание хищника. Одним неуловимым броском он настиг вожака, молодого крупного оленя, и впился острыми клыками в сонную артерию. В его стальной хватке животное сопротивлялось из последних сил, и кровь, разгорячённая адреналином и страхом, становилась почти такой же сладкой, как если бы она была человеческой. Ни о каком самоконтроле не могло быть и речи, и в тот момент, когда голод уже слегка отступил, и в его сознании освободилось место для других инстинктов, перед мысленным взором возник образ, который тенью следовал за ним где-то на краю сознания с самого начала погони. Образ Беллы...

...Карлайл вернулся только через три дня. Эсми встретила его полным тревоги взглядом и сообщила: Элис приехала, плохие новости.

* * *
В эту ночь я долго не могла заснуть, хотя мне очень хотелось снова увидеть Карлайла. Промучавшись пару часов, я наконец провалилась в вязкую тяжёлую дрёму, которую обычно проще перетерпеть, чем заставить себя проснуться. Сон как всегда начался внезапно, но в этот раз он был не таким, как раньше. Детали были смазаны, картинки сменяли одна другую почти бессвязно и восприятие странно перемещалось то на обоняние, то на слух. И голод. Голод словно жёг меня изнутри. В следующий момент я почувствовала живую плоть под зубами и долгожданную сладость, заполнившую горло. А через минуту уже со стороны увидела человека, склонившегося над крупным оленем. Он поднял голову и окровавленные клыки сверкнули в лунном свете. Я вспомнила, как Эдвард рассказывал, что у вампиров на охоте остаются только инстинкты, что запах крови лишает рассудка. И тут я узнала Карлайла, и сердце в груди чуть не остановилось. Он смотрел на меня внимательно, с хищной ухмылкой, а в следующее мгновение я уже была прижата к земле чудовищной тяжестью твёрдого как камень тела. Я слышала, как хрустят рёбра, и чувствовала, как его клыки приближаются к моей шее - но сегодня было не время умирать. В голову пришёл отчаянный план, родившийся будто из глубины подсознания. Борясь с подступающей темнотой, я собрала все силы, глубоко вдохнула, чтобы подольше сохранить воздух, и резко поцеловала его твёрдые окровавленные губы. Он замер, мир вокруг закружился, запахи и звуки слились воедино, и мне стало трудно отличить - охотник я или жертва. Через мгновение он ответил - внезапно и сильно, словно пытаясь ухватиться за малейшую возможность и вернуть контроль сознанию. Его тело прижимало меня к земле, от запаха крови кружилась голова, а от нехватки воздуха шумело в ушах, но я сколько могла продолжала поддерживать поцелуй. Внезапно он остановился, глубоко вдохнул... и исчез.
Мир померк.


Белла резко проснулась и рывком села на кровати. Мельчайшие детали только что увиденного стояли перед глазами так чётко, как если бы она могла просматривать его снова и снова как киноленту. Карлайл, охота, нападение, поцелуй... Сердце бешено колотилось от смеси опасности и возбуждения. Белла откинулась на подушку и застонала.
— Карлайл, я же с ума сойду... Или уже сошла?...
Ответа не было. Воспоминания вихрем кружились перед глазами, не давая сосредоточиться. Обострённые чувства всё ещё сохранили ощущение его губ - сильных, властных, неконтролируемых... И вспоминая остальные свои видения, сопровождавшие её последние три недели, Белла приняла решение - она выберет Карлайла не только во сне. Она видела его силу, и сможет выдержать её, когда станет такой же, как он. Нужно лишь найти способ.

Глава 3: Неприятности

Карлайл привёл себя в порядок и спустился на веранду, где его ждала Элис.
— Карлайл! - воскликнула она. - Мы должны немедленно вернуться в Форкс! Кое-что произошло, но я смогла увидеть это, только когда было уже поздно - Эдвард у Вольтури!
— Он решил... Он хочет, чтобы они убили его? Но я думал, он смирился...
— Карлайл, ты не понял! Он примкнул к Вольтури. Он уже принёс клятву!
Карлайл замер.
— Значит, я потерял сына, - тихо прошептал он. - А Эдвард стал убийцей.
Он вздохнул и взял себя в руки.
— Если так, то мы должны забрать Беллу и Чарли - он сейчас почти как новорождённый, он придёт за ними.
— Нет, Карлайл, Эдвард сделал это специально, чтобы перекрыть себе все пути к возвращению. От него Белле опасность не угрожает.
— Тогда что?
— Виктория. Узнав, что сделал Эдвард, она изменила планы и завтра доберётся до Форкса. Она считает, что теперь никто не станет защищать Беллу.
Карлайл посмотрел на Элис. В его светло-золотых глазах плескалось тщательно скрываемое отчаяние, но голос звучал спокойно.
— Мы не успеем. Нам никак не добраться в Форкс раньше чем через два дня.
— А я знала, что ты будешь волноваться, - самодовольно улыбнулась она. - Джаспер уже там. Он сумеет продержаться до нашего возвращения. Мы были на пол пути сюда, но разделились сразу, как только я увидела планы Виктории.

Карлайл кивнул, и ему показалось, что Элис хочет сказать что-то ещё.
— Элис?
— Ты не думал, что после всего произошедшего Белле действительно лучше было бы быть вампиром, чем остаться человеком?
— Это её сущность, Элис. Ни я, ни кто-либо другой не в праве забирать её. Даже из благих побуждений. Итак, - он вернулся к теме, - мы должны обдумать план. Сколько у нас времени?
Элис задумчиво склонила голову, как бы примериваясь к чему-то внутри себя. Вдруг она резко выпрямилась, пристально вглядываясь в видимую ей одной картинку, и через секунду повернулась к Карлайлу.
— Виктория идёт не одна. Джас долго не продержится.
— Элис, ты видела, сколько их?
— Пятеро, может шестеро. Из них четверо - новорождённые. Решайте быстрее, времени в обрез.
Через несколько минут Элис, Карлайл и Эсми, быстро введя в курс дела Таню и попрощавшись с Денали, мчались к Форксу на предельной скорости.

* * *
Вот уже два дня я спала без сновидений - после последнего кошмара запас воображения у меня, видимо, иссяк. Была суббота, Чарли уехал на рыбалку, а мне предстояло увлекательно проводить время в обществе стиральной машины. Я как раз раздумывала, не найти ли себе более подходящую компанию, когда в дверь постучали. Я осторожно подошла к двери.
— Белла, это Джаспер. Открой.
Сердце замерло. Я распахнула дверь. Джаспер смотрел на меня с ухмылкой.



— Не ждала?
Я с трудом подбирала слова.
— Джаспер? Как?.. Что ты тут делаешь? А остальные?..
Он мгновенно посуровел.
— Поговорим у нас, Белла. Всё очень серьёзно. Остальные скоро будут дома. Пошли.
Я быстро влезла в тёплую куртку, ботинки, заперла дверь и направилась к пикапу. Джаспер с иронией посмотрел на меня.
— Шутишь?
— Но как же...
— Я же сказал - всё очень серьёзно, - повторил он и потащил меня к лесу. - Нет времени на церемонии. Придётся пешком. Переживёшь?
Я кивнула. Мы зашли под кроны высоких деревьев, и он взял меня на руки.
— Закрой глаза и держись крепче.
Я зажмурилась. Через несколько минут движение прекратилось - мы были в особняке Калленов. Я продолжала прижиматься к Джасперу, пытаясь справиться с головокружением. Он поставил меня на пол, и по металлическиому лязгу я поняла, что на дом опустились защитные ставни.
— Можешь открыть глаза, Белла, - со смешком сказал он. - Быстро же ты отвыкаешь. Я думал, Эдвард часто такое проделывал.
Имя Эдварда полоснуло раскалённым жгутом по сердцу. Я не хотела вспоминать. Чтобы справиться с нахлынувшей болью пришлось зажмуриться сильнее. Джаспер понял, что переборщил.
— Прости, - сказал он. - Ты должна кое-что знать. Эдвард пошёл к Вольтури. Не на смерть. Он останется с ними.
Я не понимала.
— Что? С Вольтури? Но... зачем?
— Чтобы уже никогда не вернуться. Он принёс им клятву верности и предал нашу семью.
— Предал?
— Белла, Эдвард снова... пьёт человеческую кровь. Отныне он не может вернуться к нам.
У меня опять закружилась голова и, кажется, я всё-таки отключилась. Пришла я в себя лёжа на диване в гостинной, Джаспер сидел в кресле напротив.
— Доброе утро, - сказал он с иронией. - Пожалуй, больше я ничего тебе не раскажу, пока не вернутся остальные. И, Белла, у меня к тебе просьба. Я совсем недавно отлично поохотился, но всё-таки постарайся не пораниться до прибытия Карлайла - за твой хладный труп он оторвёт мне голову.

Шутки в его словах я не почувствовала и решила быть очень внимательной. Карлайл... Я не думала, что удастся встретиться с ним так скоро, но отступать не собиралась. Эдвард отказался от меня. Окончательно. Что ж, а я не хочу оставаться одна. От воспоминаний о моём последнем сне с участием Карлайла по телу прошла дрожь возбуждения.
— Джаспер. Что произошло, почему мы здесь? - спросила я настойчиво.
Он внимательно посмотрел мне в глаза.
— Виктория идёт за тобой, завтра она будет здесь. Элис увидела это и отправилась к Денали за Карлайлом и Эсми. Если они согласятся приехать, то будут здесь через два дня.
У меня перехватило дыхание.
— Чарли!
— Он не вернётся раньше вторника. Там прорвало плотину, дороги затоплены. Я постарался быть предусмотрительным.
— Спасибо, Джаспер, - улыбнулась я. Но радость была недолгой: - А если Виктория придёт не одна, как мы справимся?
— Белла, - ответил он. - ближайшие два дня мы сами за себя. Даже если за нами придёт целая армия.
Я кивнула.
— Тогда нам нужен план.

"Дома и стены помогают," - решил Джаспер, и мы избрали штабом гостинную особняка. Бронированные окна и стены должны были на время задержать Викторию. "И других," - напоминала себе я, ведь нападавших могло быть больше. Мы сдвинули в сторону мебель, убрали из гостинной все острые предметы и на всякий случай соорудили в углу нечто вроде убежища для меня. Оказалось, что Джаспер успел забить холодильник прежде чем идти за мной, так что мне удалось неплохо поужинать. Он настоял, чтобы я хорошенько выспалась, и мне пришлось устроиться на диване, который стоял теперь в углу гостинной. Уснуть было не так просто, в крови бурлил адреналин, но через некоторое время избыток переживаний и усталость взяли своё и я провалилась в сон. Мне снился свист ветра, шелест листьев и шёпот Карлайла:
— Держитесь. Я уже рядом. Не сдавайтесь...
Утро встретило меня задумчивым взглядом Джаспера. Он сидел сверху на крышке рояля и изучающе смотрел на меня.
— Что? - поинтересовалась я.
— Пока ничего, - ответил он, имея ввиду грядущую атаку, но мне показалось, что он намерено уходит от вопроса.
— Это хорошо или плохо?
— Это странно, - задумчиво проговорил Джаспер, и я так и не смогла понять, говорил ли он о нападении или всё же о чём-то другом.
— Будем ждать?
Он кивнул. Я позавтракала... Потом пообедала... Приближалась ночь, и до сих пор ничего нового не происходило. Джаспер нервничал всё сильнее. Внезапно он замер и напрягся.
— Белла, я их чую. Много. Очень много. Теперь понятно, почему так долго - это новорождённые, - он выразительно посмотрел на меня. - Что бы ни случилось, не суйся в бой и постарайся не пораниться.
Я кивнула и опустилась на колени в углу за спинкой дивана. Джаспер отвернулся. И тут мы услышали жуткий скребущий звук, который донёсся одновременно со всех сторон. Они пришли.

Джаспер внимательно прислушивался к звукам, пытаясь понять, где появится первая брешь. Внезапно скрежет смолк. Целую минуту держалась звенящая тишина, нарушаемая только моим дыханием. Вдруг со стороны окна раздался страшный удар, металлическая ставня разлетелась и стекло рассыпалось вдребезги. Первый вампир с рычанием прыгнул в комнату. Джаспер ощерил зубы, и с утробным рыком бросился в бой. Что было дальше, я почти не могла разобрать. Вампиры двигались настолько быстро, что всё сливалось. Новорождённые не отличались особой стратегией и шли по пути наименьшего сопротивления - через уже образовавшуюся брешь. Это позволяло Джасперу отрывать им головы раньше, чем их собиралось слишком много. Он уложил уже больше десятка, когда под новым мощным ударом рухнуло второе окно, и в комнату прыгнула Виктория, а за ней через образовавшийся проём - ещё трое вампиров. Джаспер бросился на них, но с таким перевесом он уже не мог справиться быстро. Новорождённые оттеснили его от меня, и я посмотрела прямо в горящие глаза Виктории. Она довольно оскалилась с бросилась вперёд. Я закрыла глаза, ожидая неизбежного, но вдруг услышала новый яростный рык прямо передо мной. Между мной и Викторией стоял Карлайл. Он выглядел совсем как тогда во сне - животная ярость и сила, исходившие от него, завораживали меня настолько, что я не могла отвести взгляд. Виктория приняла бой. Она изо всех сил старалась прорваться ко мне, но Карлайл раз за разом отражал её атаки. Снаружи тоже были слышны звуки сражения. Вдруг оттуда донёсся крик и Карлайл на мгновение отвернулся к окну. Этого хватило Виктории для прыжка. Когда она уже почти схватила меня за горло, что-то резким ударом отбросило меня к стене. Я почувствовала острую боль в груди и провалилась в темноту.

Скорость была предельной. Он добрался до Форкса на несколько часов раньше, чем предполагал, на несколько минут опередив Эсми и Элис. Приближаясь к особняку он учуял то, что заставило его содрогнуться. Их было не пятеро или шестеро, а все двадцать. Он уже слышал шум боя и яростное рычание Джаспера. Карлайл видел, как Виктория выбила окно и прыгнула в дом. Одним прыжком он последовал за ней. И понял, что ещё несколько секунд и он безвозвратно опоздал бы. Белла зажмурившись прижималась к стене. Он зарычал и бросился на Викторию. Она была сильна, и ему приходилось использовать весь свой опыт, чтобы сдерживать её. Снаружи уже дралась Эсми, уничтожая вампиров, которые ещё не проникли внутрь. Внезапно она закричала. Карлайл дёрнулся и пропустил выпад. Он видел, что сейчас Виктория доберётся до Беллы. Одним мощным рывком он оттолкнул девушку в сторону и принял удар на себя. Они остановились друг напротив друга. Запах крови медленно расползался в воздухе. Алые глаза Виктории потемнели и она бросилась туда, где упала Белла. Карлайл не упустил своего шанса. Схватив её за рыжие волосы, он резким прицельным ударом снёс ей голову и разорвал тело на части. С врагом было покончено, Джаспер и Эсми на улице уничтожали оставшихся и сваливали убитых вампиров в огромный костёр. Карлайл поспешил к Белле. Девушка лежала на полу без сознания. Левое предплечье пересекал широкий порез от осколка стекла. Похоже, были сломаны несколько рёбер. Он снял рубашку, прижал рану и перенёс девушку на диван. Она застонала.
— Эсми! - позвал Карлайл. - Приготовь лабораторию. Там должно было остаться всё необходимое.
— Карлайл... - прошептала Белла. - Не бросай меня...
— Я буду рядом, - ответил он. - Обещаю.


* * *
Белла очнулась в комнате, очень похожей на больничную палату. Белые стены и потолок, кровать, отгораживающая ширма - были ей очень знакомы. Вот только за окном стеной стоял лес, а в Форксе больница находилась посреди жилого района. Дверь открылась и в комнату вошёл доктор Каллен. Карлайл выглядел именно как врач - в белом халате и с лёгкой улыбкой.
— Ты проснулась вовремя, - сказал он. - Давай проверим, как заживают раны.
— Карлайл... Что произошло? - воспоминания возвращались к ней отрывками.
— Это моя лаборатория. Ты несколько дней была без сознания. У тебя сломано два ребра, а порез на руке уже почти затянулся.
В комнату осторожно заглянула Элис.
— Белла? Можно поговорить?
— Конечно, Элис. Заходи!
— Не сейчас, - жёстко сказал Карлайл.
Белла с удивлением взглянула в его окаменевшее лицо.
— Что?.. Элис, что случилось? Кто-то ранен? Джаспер? - но она уже скрылась за дверью
— Ты должна прийти в себя, - обманчиво спокойно сказал Карлайл
— Ну уж нет. Если ты сейчас же не скажешь, что тут происходит, я пойду и спрошу её сама, - Белла попыталась сесть, превозмогая мучительную боль в груди.
Карлайл одним настойчивым движением уложил её обратно, взял за руки и тяжело вздохнул.
— Белла... Чарли погиб. И Рене с Филом тоже. Они - раньше. Мне бесконечно жаль.
Белла смотрела не него неверящим взглядом.
— Нет... Что ты такое говоришь?... Нет, нет, нет! Чарли на рыбалке! А Рене с Филом во Флориде! Плотина... Джаспер сказал!..
Карлайл понимающе смотрел ей в глаза.
— Мы отправили к Чарли Элис, когда учуяли, что они разделились. Она... не успела. Мы допросили Лорана - он был с Викторией с самого начала. Он рассказал про Рене. Элис проверила - он не солгал.
Когда Белла не шелохнулась и ничего не ответила, Карлайл зажмурился и крепко обнял её. Она почти не дышала. Карлайл уложил её на кровать и накрыл плечи одеялом. Больше он ничего не мог для неё сделать.
— Спи. Надо поспать, - сказал он ласково и она послушно закрыла глаза не сказав ни слова.
Он сидел рядом, пока её дыхание не выровнялось, а потом вышел за дверь, прислонился спиной к стене и сжал кулаки. Проклятье! Он предупреждал Эдварда с самого начала, что бросать её тут одну - плохая идея. Он поддался на собственные рассуждения о праве выбора и свободе принимать решения. Он не должен был оставлять её. И больше он не сделает такой ошибки.

Потянулись дни. Раны Беллы затягивались, но она ни с кем не разговаривала и почти ничего не ела. Когда она смогла самостоятельно передвигаться, её переселили в комнату Карлайла, а он перебрался в бывшую спальню Эдварда. Каллены были молчаливы. Через две недели после битвы вернулись Эммет и Розали. Они собирались погостить у Денали, но Таня рассказала им о случившемся. Они молча приняли то, что Белла теперь живёт с ними, и даже Розали не решилась возражать под тяжёлым взглядом Карлайла.



читать дальше (продолжение)

@темы: мои фики, моё, белайл, сумерки, фанфик

URL
   

Дорожные истории

главная